Руская Вещь Т. 3 (В пространстве великих снов)

«В пространстве великих снов. Русская Вещь. Том 3»Третий том «Русской Вещи» — самая странная, самая «сонная», наиболее оторванная от политической и идеологической реальности книга всего цикла.Если первый том был манифестом национальной идеи и попыткой большого евразийского проекта, второй — радикальной эсхатологической ночью и стоянием в последнем сопротивлении, то третий том практически полностью уходит в область сновидческого, мифопоэтического, архетипического и «великих снов» русского коллективного бессознательного.Здесь почти исчезает привычная для Дугина структура: нет чёткого деления на «национальную», «социальную», «религиозную» идеи. Вместо этого — сплошное мерцающее пространство, где перемешаны:

• древнерусские сны и видения
• юродивые и блаженные
• фольклорные и полузабытые апокрифические сюжеты
• сновидения революции и сталинского периода
• психоделические и оккультные мотивы русской культуры
• сны о потерянной Гиперборее, Белой Индии, граде Китеже
• онейро-космология русского космизма
• эротика и танатос русского символизма
• фигуры «сна вне сна» — от Аввакума и Даниила Андреева до поздних обэриутов и концептуалистов

Автор сознательно размывает границы между философией, поэзией, мифологией, психоанализом, эзотерикой и галлюциногенным визионерством. Текст часто переходит в состояние почти автоматического письма, где предложения могут внезапно прерваться, уйти в многоточие или в совершенно иррациональный образ.Ключевые мотивы третьего тома:

• Россия как страна, существующая преимущественно во сне
• Великий Сон как высшая форма русской онтологии
• Пробуждение = смерть (в прямом и метафизическом смысле)
• Сновидцы как последний тип русского человека
• «Пространство великих снов» как единственное убежище от окончательной победы антимира

По степени «нечитабельности» для обыденного сознания третий том, пожалуй, превосходит даже второй. Это книга не «о» чём-то, а скорее само пространство сна, в котором пытается высказаться русская вещь на своём самом глубинном, до- и после-словесном уровне.Для кого-то это кульминация всего проекта «Русская Вещь», для кого-то — его окончательный распад и переход в чистую мифо-поэзию, для кого-то — просто самая красивая и самая безумная книга Дугина.(Ориентировочно 2002–2003 гг., издавался с большими перерывами и в разных вариантах, считается самым редким и «закрытым» томом трилогии)